Православная культура России имеет уже более чем тысячелетнюю историю. В 1862 году Россия отмечала 1000-летие своей государственности, а в 1988 году весь христианский мир праздновал 1000-летие Крещения Руси. Близость этих дат показательна: многочисленные исторические источники свидетельствуют о том, что распространение православия на Руси способствовало утверждению ее государственности и культуры.
![]() |
Московский Кремль |
Древнерусские летописцы рассказывают нам, как тысячу лет назад на нашей земле начиналась новая — христианская — жизнь и как на смену языческой культуре приходила новая — православная — культура. Оставив языческий культ, опираясь на свои природные таланты и национальные дарования, наши предки к середине XI века (всего через полстолетия после своего крещения!) смогли достичь вершин мировой христианской культуры.
Княгиня Ольга (ум. 969), принявшая крещение сама и показавшая своему народу путь православия, именуется в летописях зарей, озарившей Русскую Землю перед восходом солнца. А креститель Руси — великий князь Владимир (ум. 1015) — получил от народа прозвание «Красное Солнышко». Эти славные именования Ольги и Владимира свидетельствуют о том, что Крещение Руси воспринималось народным сознанием как православное просвещение Русской земли, как духовное обновление жизни всех ее народов.
|
Пройдя испытание княжескими междоусобицами и монголо-татарским игом, Россия укрепила свое духовное и государственное единство. По благословению митрополита Московского Петра (ум. 1326) Москва стала сначала административным центром Русской Православной Церкви, а затем и столицей централизованного Московского государства.
XIV век — век преподобного Сергия (ум. 1392) и митрополита Московского Алексия (ум. 1378), век Куликовской битвы (1380) — вместе с последующим XV веком являются эпохой высочайшего подъема в отечественной культуре. Храмы, иконы, литературные произведения и книги этого периода навсегда вошли в золотой фонд мировой культуры. По своим художественным достоинствам памятники православной культуры этого времени оказались недосягаемыми для последующих веков культурно-исторического развития России. Они принесли славу нашему Отечеству и стали величайшим вкладом в сокровищницу мировой культуры.
В Смутное время, как и в прежние века княжеских междоусобиц, Русская Православная Церковь оставалась гарантом гражданского и духовного единства России. Патриарх Московский и всея Руси Ермоген (ум. 1612) ценой своей жизни отстаивал единство как залог спасения России.
С XVII века Россия начинает испытывать влияние западной культуры, но православие продолжает оставаться ядром и главным стержнем российской культуры. Взаимодействие с культурой стран Запада, с одной стороны, обогатило нашу российскую культуру, но вместе с тем породило болезненный раскол в церковно-общественной жизни. И все-таки православная Россия не приняла ни католического, ни протестантского пути развития, а осталась православной как по вере, так и по культуре. Даже радикальные гражданские реформы Петра I, которые целенаправленно проводились по западным образцам, не смогли изменить православного направления культурно-исторического развития России.
![]() |
Святейший Патриарх Тихон. Причислен к лику святых в 1989 г. на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви |
В XIX веке православная культура России принесла много прекрасных плодов. Возрождение старчества и миссионерства, храмостроительство и другие виды церковного искусства, широчайшая благотворительность и патриотизм — все это сопровождалось удивительным расцветом художественной литературы, изобразительного и музыкального искусств. XIX век стал поистине золотым веком российской культуры.
XX век принес России новые тяжелые испытания — испытания ее целостности, самобытности, духовной и гражданской прочности. Вместе с Россией на Голгофу страданий взошли и российские святыни: разрушались храмы и монастыри, уничтожались иконы и колокола, смолкало церковное пение. Для тысяч наших соотечественников открылось поприще для стояния и страданий за веру своих отцов, за свое духовное наследие, за свою культуру.
Мировая история не знает столь великих и страшных гонений на христиан, которые испытала Россия в XX веке. Сохранились дневниковые записи М.М. Пришвина за 1929–1930 годы. Известный писатель жил в то время в Сергиевом Посаде и был свидетелем уничтожения уникальных по своему звучанию колоколов Троице-Сергиевой Лавры. С болью в сердце он писал в своем дневнике (22 ноября 1929): «В Лавре снимают колокола, и тот в 4000 пудов, единственный в мире, тоже пойдет в переливку. Чистое злодейство, и заступиться нельзя никому, и как-то неприлично: слишком много жизней губят ежедневно, чтобы можно было отстаивать колокол…»[1].
|
Тяжелый крест нес патриарх Московский и всея Руси Тихон (ум. 1925), который стал хранителем Русской Церкви и защитником целостности России в дни тяжелейших ее испытаний. Его подвиг, как и подвиг миллионов православных сынов и дочерей России, ценой своей жизни защитивших православие, стал залогом духовного возрождения Отечества.
Не только гражданским, но и величайшим духовным испытанием для России стала Великая Отечественная война 1941–1945 годов. С началом войны сразу же снизилась активность «Союза воинствующих безбожников», много лет уничтожавшего православную культуру России. Напротив, в газетах и журналах появились имена героев и защитников Отечества из древнерусских летописей и других православных исторических источников, а православные святыни России уже не подвергались поруганию и осквернению.
Великая Отечественная война заставила многих вспомнить о православных обычаях и традициях, так долго искоренявшихся в России. Вот как об этом написал Константин Симонов (1915–1979):
Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины, Как шли бесконечные, злые дожди, Как кринки несли нам усталые женщины, Прижав, как детей, от дождя их к груди? Как слезы они вытирали украдкою, Как вслед нам шептали: «Господь вас спаси!» И снова себя называли солдатками, Как встарь повелось на Великой Руси. Слезами измеренный чаще, чем верстами, Шел тракт, на пригорках скрываясь от глаз, Деревни, деревни, деревни с погостами, Как будто на них вся Россия сошлась. Как будто за каждою русской околицей, Крестом своих рук ограждая живых, Всем миром сойдясь, наши прадеды молятся За в Бога не верящих внуков своих! Ты знаешь, наверное, все-таки Родина Не дом городской, где я празднично жил, А эти проселки, что дедами пройдены, С простыми крестами их русских могил. Не знаю, как ты, а меня с деревенскою Дорожной тоской от села до села, Со вдовьей слезою и с песнею женскою Впервые война на проселках свела. Ты помнишь, Алеша: изба под Борисовом, По мертвому плачущий девичий крик, Седая старуха в салопчике плисовом, Весь в белом, как на смерть одетый, старик. Ну, что им сказать, чем утешить могли мы их? Но, горе поняв своим бабьим чутьем, Ты помнишь, старуха сказала: «Родимые, Покуда идите, мы вас подождем». «Мы вас подождем!» — говорили нам пажити. «Мы вас подождем!» — говорили леса. Ты знаешь, Алеша, ночами мне кажется, Что следом за мной их идут голоса. По русским обычаям, только пожарища По русской земле раскидав позади, На наших глазах умирают товарищи, По-русски рубаху рванув на груди! Нас пули с тобою пока еще милуют, Но трижды поверив, что жизнь уже вся, Я все-таки горд был за самую милую, За русскую землю, где я родился. За то, что на ней умереть мне завещано, Что русская мать нас на свет родила, Что, в бой провожая нас, русская женщина По-русски три раза меня обняла. 1941 г. |
![]() |
Награждение священника в партизанском отряде. Фото 1943 г. |
Нападение Германии на нашу страну (22 июня 1941 г.) произошло в день праздника Всех Святых в земле Российской просиявших. Узнав об этом нападении, Митрополит Московский и Коломенский Сергий (Страгородский) прежде всего совершил Литургию, а затем сразу же написал и собственноручно отпечатал на пишущей машинке «Послание пастырям и пасомым Христовой Православной Церкви». Это послание заканчивалось призывом: «Положим же души своя вместе с нашей паствой. Путем самоотвержения шли неисчислимые тысячи наших православных воинов, полагавших жизнь свою за Родину и Веру во все времена нашествий врагов на нашу Родину. Они умирали, не думая о славе, они думали только о том, что Родине нужна жертва с их стороны, и смиренно жертвовали всем и самой жизнью своей. Церковь Христова благословляет всех православных на защиту священных границ нашей Родины. Господь да дарует нам Победу!».
День Победы 9 мая 1945 года Русская Православная Церковь праздновала вместе с Пасхальной Светлой седмицей.
В военные и первые послевоенные годы стали восстанавливаться храмы, открываться монастыри и духовные школы, возвращаться из мест заключения архиереи, священники и монахи. Вместе с восстановлением храмов и монастырей стала возрождаться и православная культура России. Во время Великой Отечественной войны вновь стал выпускаться «Журнал Московской Патриархии». В 1956 году впервые после революции 1917 года в России была издана Библия.
Однако через 13 лет после окончания Великой Отечественной войны в нашей стране вновь началась борьба с Русской Православной Церковью, прежде всего с ее святынями — храмами, монастырями, иконами, мощами, а также с теми, кому эти святыни всегда были дороже собственной жизни. За 1958–1964 годы православная культура России вновь понесла тяжелейшие утраты: насильственно закрывались храмы, монастыри, духовные учебные заведения, дети верующих родителей изолировались от Церкви.
Именно в эти годы русский писатель Александр Исаевич Солженицын пишет такие горькие строки:
«Пройдя проселками Средней России, начинаешь понимать, в чем ключ умиротворяющего русского пейзажа.
Он — в церквах. Взбежавшие на пригорки, взошедшие на холмы, царевнами белыми и красными вышедшие к широким рекам, колокольнями стройными, точеными, резными поднявшиеся над соломенной и тёсовой повседневностью — они издалека-издалека кивают друг другу, они из сел разобщенных, друг другу невидимых, поднимаются к единому небу.
И где б ты в поле, в лугах ни брел, вдали от всякого жилья, — никогда ты не один: поверх лесной стены, стогов наметанных и самой земной округлости всегда манит тебя маковка колоколенки то из Борок Ловецких, то из Любичей, то из Гавриловского.
Но ты входишь в село и узнаёшь, что не живые — убитые приветствовали тебя издали. Кресты давно сшиблены или скривлены, ободранный купол зияет остовом поржавевших ребер, растет бурьян на крышах и в расщелинах стен, редко еще сохранилось кладбище вокруг церкви, а то свалены и его кресты, выворочены могилы, заалтарные образы смыты дождями десятилетий, исписаны похабными надписями.
На паперти — бочки с соляркой, к ним разворачивается трактор. Или грузовик въехал кузовом в дверь притвора, берет мешки. В той церкви подрагивают станки. Эта — просто на замке, безмолвная. Еще в одной и еще в одной — клубы. „Добьемся высоких удоев!” „Поэма о море”. „Великий подвиг”.
И всегда люди были корыстны, и часто недобры. Но раздавался звон вечерний, плыл над селом, над полем, над лесом. Напоминал он, что покинуть надо мелкие земные дела, отдать час и отдать мысли — вечности. Этот звон, сохранившийся нам теперь в одном только старом напеве, поднимал людей от того, чтоб опуститься на четыре ноги.
В эти камни, в колоколенки эти, наши предки вложили все свое лучшее, все свое понимание жизни.
Ковыряй, Витька, долбай, не жалей! Кино будет в шесть, танцы в восемь…»[2].
(1958–1960)
А спустя несколько лет, в середине 60-х годов XX столетия, другой русский писатель — Владимир Алексеевич Солоухин (1924–1997) — впервые во всеуслышание, на всю страну напомнил о страшной трагедии — разрушении в 1931 году Храма Христа Спасителя. В «Письмах из Русского музея» он писал:
«Сорок лет строилось на народные деньги (сбор пожертвований) грандиозное архитектурное сооружение — Храм Христа Спасителя. Он строился как памятник знаменитому московскому пожару, как памятник непокоренности московской перед сильным врагом, как памятник победы над Наполеоном. Великий русский художник Василий Суриков расписывал его стены и своды. Это было самое высокое и самое величественное здание в Москве. Его было видно с любого конца города. Здание не древнее, но оно организовывало наряду с ансамблем Кремля архитектурный центр нашей столицы. Сломали… Построили плавательный бассейн. Таких бассейнов в одном Будапеште, я думаю, не меньше пятидесяти штук, притом что не испорчен ни один архитектурный памятник. Кроме того, разрушая старину, всегда обрываем корни.
![]() |
Свято-Данилов монастырь. Москва |
У дерева каждый корешок, каждый корневой волосок на учете, а уж тем более те корневища, что уходят в глубочайшие водоносные пласты. Как знать, может быть, в момент какой-нибудь великой засухи именно те, казалось бы уже отжившие, корневища подадут наверх, где листья, живую спасительную влагу».
Эти строки писались тогда, когда по России только что прокатилась новая волна насильственного закрытия храмов и монастырей (1958–1964) и Россия вновь испытала сильнейший удар по своей многовековой православной культуре. Мало кто мог поверить тогда в возрождение православной культуры России, тем более — в возрождение Храма Христа Спасителя.
Но вот пришел 1988 год, когда не только православные люди России, но и весь культурный мир отмечал 1000-летие Крещения Руси. Генеральная ассамблея ЮНЕСКО призвала отметить «1000-летие введения Христианства на Руси как крупнейшее событие в европейской и мировой истории и культуре».
![]() |
Закладка храма во имя Святой Троицы в г. Тында. Март 2001 г. |
В преддверии этой юбилейной даты в 1983 году по просьбе Священноначалия Русской Церкви Правительство передало Московскому Патриархату древнейший (1283) в Москве монастырь во имя святого благоверного князя Даниила Московского. В монастыре развернулись обширные реставрационные и строительные работы, стали возрождаться иконописание, церковное пение и другие виды церковного искусства. Наместником Свято-Данилова монастыря с 1986 по 1990 год был архимандрит Тихон (Емельянов), ныне — архиепископ Новосибирский и Бердский. Под его руководством были завершены реставрационно-восстановительные работы, и эта древнейшая московская обитель стала духовно-административным центром Русской Православной Церкви. С помощью строителей Свято-Данилова монастыря были проведены восстановительные работы в новооткрытых обителях: Оптиной Пустыни, Толгском монастыре, Покровском Хотьковском монастыре, Ново-Голутвинском монастыре и других.
Юбилейные торжества в Русской Православной Церкви проходили весь год. Их средоточием стали церковные празднования в Москве с 5 по 12 июня 1988 года. 12 июня, в праздник Всех Святых в земле Российской просиявших, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Пимен совершил Литургию в возрожденном Даниловом монастыре. На этой службе он произнес следующие слова: «Завершаются первые десять веков истории нашей Церкви. Господи! Благослови в мире и благочестии вступить во второе тысячелетие нашего бытия в доме Божием, который есть Церковь Бога Живаго, столп и утверждение истины (1 Тим. 3, 15)».
![]() |
Святейший Патриарх Алексий II совершает богослужение в воссозданном Храме Христа Спасителя |
Состоявшееся в мае 1988 года в Новгороде празднование Дней славянской письменности и культуры также прошло под знаком великого юбилея. К лику святых в этом году на Поместном Соборе Русской Православной Церкви среди других великих русских святых были причислены князь Дмитрий Донской и иконописец Андрей Рублев.
![]() |
Возрожденная часовня Святителя Николая Чудотворца. 1993 г. Новосибирск |
1988 год во многом стал переломным для нашего Отечества. С этого времени началось возрождение православной жизни и культуры России во всех ее проявлениях. Возвращение к православным истокам, традициям и духовным ценностям было столь стремительным, что для многих это показалось сначала просто модой, иначе трудно было объяснить перемены, происходящие в церковно-общественной жизни страны. Но «истинная красота, — писал В.А. Солоухин, — не может выйти из моды. Что прекрасно — то и остается прекрасным». А стремление к красоте — один из первейших признаков православной культуры, преображающей жизнь.
Конец XX века ознаменовался возрождением Храма Христа Спасителя. Это событие стало символом возрождения и православной культуры России.
В Новосибирске — крупнейшем научном, культурном и церковном центре Сибири — к 1000-летию Крещения Руси полностью был реконструирован Вознесенский кафедральный собор. К 100-летию со дня основания города (1993) была восстановлена одна из сибирских святынь — часовня Святителя Николая Чудотворца. Если десять-пятнадцать лет тому назад на всю Новосибирскую область было всего три православных прихода, то в начале третьего тысячелетия христианской эры их насчитывается около ста.
В Сибири, как и по всей Российской Федерации, открываются новые храмы, восстанавливаются и создаются монастыри, открываются духовные школы, издаются православные книги, возрождаются православные обычаи и традиции.
Православную культуру России можно назвать святой культурой. Ее всегда характеризовали такие черты, как жертвенность и сострадание, милосердие и благотворительность, доброта и красота душевная. К такому идеалу всегда призывала русская классическая литература, русское изобразительное искусство, музыкальное и все другие виды творчества, пронизанные верой в то, что красота спасет мир.
Алексий II, Патриарх Московский и всея Руси. Православие на пороге третьего тысячелетия. (31{Хрестоматия}).
Алексий II, Патриарх Московский и всея Руси. Россия. Духовное возрождение.– М.: Фонд содействия развитию социальных и политических наук, 1999.
Протопресвитер Александр Шмеман. Исторический путь православия.– М.: «Паломник»,1993.
Пришвин М.М. Когда били колокола… (Из дневников 1926–1932 гг.) // Прометей. Т. 16 / Сост. Е. Бондарева.– М., 1990, с. 412. [Вернуться в текст]
Солженицын А.И. Путешествуя вдоль Оки. (Из цикла «Крохотки») // Малое собр. соч. Т. 3. Рассказы.– М.: «Инком НВ», 1991, с. 157–158. [Вернуться в текст]